![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
chipka_neВот и лето прошло -
Словно и не бывало..
Ахнуть не успели, а празднички-то - того... Называются они осенними, но напоследок побаловали нас почти что летней жарой. Почему +32-34 - это "почти"? Потому что летом у нас все-таки дождей с грозами не бывает обычно.
А тут - накануне праздника ночью загремело-засверкало. И в первый день полупраздников, когда случилось мне выбраться в славный город Тель-Авив, бульвар Ротшильда выглядел прямо как под грозой в начале мая.
В Тель-Авиве я была в синематеке по делу, ну и поностальгировать заодно - дочь моя до замужества почти год снимала квартиру напротив - на Карлибах, и я частенько приезжала к ней в гости. Десять лет прошло, ахнуть не успела. Теперь вот ахаю: ах! - я была так молода! Даже решалась сесть к дочке на заднее сиденье мотоциклика, и до автостанции, придерживая юбку, с ветерком, без всяких пробок - во времечко было!
Заставь-ка меня сейчас на мотоцикле прокатиться... Да и мотоцикла того больше нету, дочкин свекор (он таксист) как-то увидал, как любимая невестушка с восьмимесячным пузиком, где рос долгожданный первый внук, рассекает по городу на мотоцикле и, умывшись слезами, пришел вечером с деловым предложением: ты мне - мотоцикл, а я тебе - наш семейный "Мерс" 92-го года - танк, а не машина! Дщерь моя поторговалась, конечно, чуток (мотоцикл-то поновее был), но уважила старика, милостиво переместилась на представительское сиденье из натуральной кожи. Между прочим, пять годиков еще поездила без ремонтов особых - вечная все-таки машина, только прожорливая. Потом жаловалась, что в "Юндае" чувствует себя, как в консервной банке, еле привыкла.
А возле Синематеки клубился какой-то очередной фестиваль, название я уточнить поленилась, потому что на публику смотреть было куда интереснее, чем на вывески. Давно и прочно напуганная запретом нарушать чертову "privacy", я потихоньку фотографировала пестро разодетый народ издаля и со спины, вот так
...пока не подошли ко мне две сердитые девицы, и не спросили гневно:
- Ты, тетенька, нас пошто не снимаешь???!!! Нешто мы тебе не хороши!!!
Я испуганно согласилась, что хороши, слов нет, и немедленновыпил запечатлела и этих,
и вот этих,
и еще вот этакую которая оказалась всех милее, всех румяней и рыжее
А еще котика синематечного, как было не заснять - почти брат-близнец моего котиньки,
...и человека, к которому голуби бесстрашно на колени и на руки садятся (только не говорите, что дело в кормежке, ладно?).
В супермаркете напротив, куда зашла я за бутылочкой йогурта, на кассе сидел молоденький с усикамиморяк кассир, красивый сам собою, и выводил задумчивым тенором:
- Есть город, который я вижу во сне...
- Это у вас мероприятие к празднику: песня в подарок? - спросила я.
- Нет, это у нас отделение такое певучее, - ответили мне со всей серьезностью, - которые не поют, тех на работу не берем!
На обратном пути я пометалась немножко в поисках автобуса до автостанции - их три от синематеки и у всех остановки на разных улочках (эх, где мои 55 лет и дочкин мотоцикл!). Уже под дождем нашла остановку 64-го и пять раз переспросила, на той ли стороне я стою. Тут же, узрев тетеньку в беретке, туда подвалил классический тель-авивский нищий и после обязательных реверансов-поздравлений-благословений по случаю праздника, завел и себе песенку о том, что кушать нечего. Судя по дрожащим рукам и воспаленному взгляду, нечего ему было не покушать, а в основном закурить или чего похуже, многие категорически рекомендуют таким не подавать. Но сентиментальность проклятая меня вечно подводит, не могу спокойно смотреть на протянутую непосредственно ко мне руку и читаемые на беззубом лице следы былой интеллигентности - я обреченно полезла за кошельком, каковой в недрах моего рюкзака найти не так-то просто. И вдруг мой нищий схватил меня за руку и озабоченно вскрикнул:
- Твой автобус пришел - не пропусти, он редко ходит! Хаг самеах!
...Вот честно, до сих пор перед ним неловко. Хоть специально езжай еще раз к синематеке, а то такое чувство осталось, что сбежала из магазина, не заплатив.
64-й автобус приходит на 7-й этаж автостанции, место, которое выглядит каким-то совершенно инородным и отдельным от остального здания. До шестого этажа наша тахана мерказит - это торжище и толпище, приправленное восточной музыкой и запахами из всех и всяческих забегаловок, а на седьмом - чисто-пусто-ветрено
...и расписано всяческой психоделикой - кислотной, лупоглазой, зубастой, но иногда простодушно печальной - как вот эта, например:
или эта:
или уж совсем неожиданно - такой вот коллаж, грустный и незатейливо-назидательный
Я бы здесь галерею открыла, право слово, за небольшую денежку для хиппующих туристов, их есть в Тель-Авиве достаточно. А то говорят, что снести собираются это монструозное здание, а мне вот жалко. Может, попробовать седьмой этаж не трогать, а? Нижние-то этажи нехай себе сносят, а вот седьмой пускай со своими психоделическими снами и сквозняками воспарит и повиснет в воздухе, как Lucy in the Sky with Diamonds?
А на шестом этаже, где жду я автобуса в Святой Город, дежурят тем временем хабадники, неугомонные и жестоковыйные, и, не теряя надежды, кличут безалаберных тель-авивцев выполнить заповедь вознесения четырех видов растений:
«И возьмите себе в первый день праздника плод великолепного дерева, побеги финиковых пальм, ветви дерева густолиственного и речных ив, и веселитесь пред Г-сподом, Б-гом вашим, семь дней».
Между прочим, многие охотно откликаются, тут же затевая богословские споры:
...Нет, пожалуй, шестой этаж тоже стоит оставить при сносе - пусть себе летает. И автобусы смогут летать, чтобы к Иерусалиму ближе было добираться.
Словно и не бывало..
Ахнуть не успели, а празднички-то - того... Называются они осенними, но напоследок побаловали нас почти что летней жарой. Почему +32-34 - это "почти"? Потому что летом у нас все-таки дождей с грозами не бывает обычно.
А тут - накануне праздника ночью загремело-засверкало. И в первый день полупраздников, когда случилось мне выбраться в славный город Тель-Авив, бульвар Ротшильда выглядел прямо как под грозой в начале мая.
В Тель-Авиве я была в синематеке по делу, ну и поностальгировать заодно - дочь моя до замужества почти год снимала квартиру напротив - на Карлибах, и я частенько приезжала к ней в гости. Десять лет прошло, ахнуть не успела. Теперь вот ахаю: ах! - я была так молода! Даже решалась сесть к дочке на заднее сиденье мотоциклика, и до автостанции, придерживая юбку, с ветерком, без всяких пробок - во времечко было!
Заставь-ка меня сейчас на мотоцикле прокатиться... Да и мотоцикла того больше нету, дочкин свекор (он таксист) как-то увидал, как любимая невестушка с восьмимесячным пузиком, где рос долгожданный первый внук, рассекает по городу на мотоцикле и, умывшись слезами, пришел вечером с деловым предложением: ты мне - мотоцикл, а я тебе - наш семейный "Мерс" 92-го года - танк, а не машина! Дщерь моя поторговалась, конечно, чуток (мотоцикл-то поновее был), но уважила старика, милостиво переместилась на представительское сиденье из натуральной кожи. Между прочим, пять годиков еще поездила без ремонтов особых - вечная все-таки машина, только прожорливая. Потом жаловалась, что в "Юндае" чувствует себя, как в консервной банке, еле привыкла.
А возле Синематеки клубился какой-то очередной фестиваль, название я уточнить поленилась, потому что на публику смотреть было куда интереснее, чем на вывески. Давно и прочно напуганная запретом нарушать чертову "privacy", я потихоньку фотографировала пестро разодетый народ издаля и со спины, вот так
...пока не подошли ко мне две сердитые девицы, и не спросили гневно:
- Ты, тетенька, нас пошто не снимаешь???!!! Нешто мы тебе не хороши!!!
Я испуганно согласилась, что хороши, слов нет, и немедленно
и вот этих,
и еще вот этакую которая оказалась всех милее, всех румяней и рыжее
А еще котика синематечного, как было не заснять - почти брат-близнец моего котиньки,
...и человека, к которому голуби бесстрашно на колени и на руки садятся (только не говорите, что дело в кормежке, ладно?).
В супермаркете напротив, куда зашла я за бутылочкой йогурта, на кассе сидел молоденький с усиками
- Есть город, который я вижу во сне...
- Это у вас мероприятие к празднику: песня в подарок? - спросила я.
- Нет, это у нас отделение такое певучее, - ответили мне со всей серьезностью, - которые не поют, тех на работу не берем!
На обратном пути я пометалась немножко в поисках автобуса до автостанции - их три от синематеки и у всех остановки на разных улочках (эх, где мои 55 лет и дочкин мотоцикл!). Уже под дождем нашла остановку 64-го и пять раз переспросила, на той ли стороне я стою. Тут же, узрев тетеньку в беретке, туда подвалил классический тель-авивский нищий и после обязательных реверансов-поздравлений-благословений по случаю праздника, завел и себе песенку о том, что кушать нечего. Судя по дрожащим рукам и воспаленному взгляду, нечего ему было не покушать, а в основном закурить или чего похуже, многие категорически рекомендуют таким не подавать. Но сентиментальность проклятая меня вечно подводит, не могу спокойно смотреть на протянутую непосредственно ко мне руку и читаемые на беззубом лице следы былой интеллигентности - я обреченно полезла за кошельком, каковой в недрах моего рюкзака найти не так-то просто. И вдруг мой нищий схватил меня за руку и озабоченно вскрикнул:
- Твой автобус пришел - не пропусти, он редко ходит! Хаг самеах!
...Вот честно, до сих пор перед ним неловко. Хоть специально езжай еще раз к синематеке, а то такое чувство осталось, что сбежала из магазина, не заплатив.
64-й автобус приходит на 7-й этаж автостанции, место, которое выглядит каким-то совершенно инородным и отдельным от остального здания. До шестого этажа наша тахана мерказит - это торжище и толпище, приправленное восточной музыкой и запахами из всех и всяческих забегаловок, а на седьмом - чисто-пусто-ветрено
...и расписано всяческой психоделикой - кислотной, лупоглазой, зубастой, но иногда простодушно печальной - как вот эта, например:
или эта:
или уж совсем неожиданно - такой вот коллаж, грустный и незатейливо-назидательный
Я бы здесь галерею открыла, право слово, за небольшую денежку для хиппующих туристов, их есть в Тель-Авиве достаточно. А то говорят, что снести собираются это монструозное здание, а мне вот жалко. Может, попробовать седьмой этаж не трогать, а? Нижние-то этажи нехай себе сносят, а вот седьмой пускай со своими психоделическими снами и сквозняками воспарит и повиснет в воздухе, как Lucy in the Sky with Diamonds?
А на шестом этаже, где жду я автобуса в Святой Город, дежурят тем временем хабадники, неугомонные и жестоковыйные, и, не теряя надежды, кличут безалаберных тель-авивцев выполнить заповедь вознесения четырех видов растений:
«И возьмите себе в первый день праздника плод великолепного дерева, побеги финиковых пальм, ветви дерева густолиственного и речных ив, и веселитесь пред Г-сподом, Б-гом вашим, семь дней».
Между прочим, многие охотно откликаются, тут же затевая богословские споры:
...Нет, пожалуй, шестой этаж тоже стоит оставить при сносе - пусть себе летает. И автобусы смогут летать, чтобы к Иерусалиму ближе было добираться.
